?

Log in

No account? Create an account
сумбур и брызги [entries|archive|friends|userinfo]
Анета

[ website | My Website ]
[ userinfo | livejournal userinfo ]
[ archive | journal archive ]

Леся [Aug. 30th, 2003|04:47 am]
Previous Entry Share Flag Next Entry

[Tags|]

Опять в 70s_children новая тема, и опять меня зацепило. На сей раз речь о Цое. (Хотя, казалось бы, при чем здесь я? ;) )

Цой и все, что с ним связано, как-то прошло мимо меня. То есть, не совсем
мимо, скорее, по касательной.

Точку касания звали Леся.

У меня всегда как-то не получалось с подругами: я дружила с теми кто в
силу обстоятельств оказывался поблизости -- спали на соседних кроватках,
сидели за одной партой, жили в соседних подъездадх, жили в соседних
комнатах в общаге, сидели за соседними компами в конторе -- а как только
обстоятельства кончались, мы благополучно друг о друге забывали.
О Лесе я тоже забыла, и вспомнила только сейчас. Но я никогда никого не
подпускала так близко.

Это была некрасивая девочка в очках, 14 лет (мне было 16). Глубоко
верующая христианка. И фанатка Цоя.
Как это в ней сочеталось? И что у нас с ней могло быть общего?
Но тогда я, видимо, такими вопросами не задавалась. Просто, как губка,
пропитывалась тем, кто находится рядом (это свойство осталось у меня и
сейчас. Как показывает опыт, очень полезное в семейной жизни ;) )
Мы обе были замкнутые, необщительные. Может быть, просто не с кем было
общаться на том уровне, на котором нам хотелось бы? Это не снобизм, здесь,
скорее, речь идет о доверии.
Я вела дневник. Толстая красная тетрадка. И еще была такая же, только
голубая, тетрадка со стихами. Дома я их прятала в невообразимом бардке на
столе, под несколькими слоями школьных тетрадей, книжек, карандашей и
прочего. Когда бардаку угрожала опасность, "крамольные" тетрадки
перекочевывали в шкаф, в аккуратную стопочку точно таких же по виду чистых
тетрадок. Так что близкие долгое время даже не догадывались об их
существовании.
Леся тоже вела дневник. А вместо тетрадки со стихами у нее была тетрадка с
переписанными от руки текстами Цоя.
При ней я могла бросить свой дневник на столе чуть ли не в раскрытом виде,
и знала, что ему ничего не угрожает.
Леся делала точно так же, и мне ни разу не пришло в голову в ее дневник
заглянуть.
А стихи я ей даже давала почитать, с комментарием: "Только те, что с
посвящениями, не читай". (Через пару лет я дала эту же тетрадку с таким же
комментарием своему будущему мужу. В ответ получила его песню на одно из
таких стихотворений, и оправдание: "Ну, я ж не виноват, что свои
лучшие стихи ты читать не разрешаешь!")
Мы познакомились в пионерлагере (что делать в пионерлагере в 16 лет? мне
тогда тоже было это интересно. Может, в основном из любопытства я и
согласилась туда поехать). Мы обе приехали на день позже начала смены, и
нам не хватило места в большом домике, где жил весь отряд. Так что нас, и
еще двух девочек помладше, отселили в отдельный домик, в другом конце
лагеря. Вожатая -- моя ровестница -- не могла нас полностью
контролировать, и за это недолюбливала. Остальные члены отряда за это же
нас ненавидели, и старательно при каждом удобном случае травили. (Вот
интересно, почему в любом детском коллективе обязтельно находится один или
несколько изгоев, на которых организовывают травлю?) Но нам это не особо
мешало: у нас был отдельный домик с верандой, в котором можно было
запереться, у нас были фонарики, с которыми не страшно было ходить по
лесу, у нас был луг с цветами, у нас было большое дерево, на котором для
каждой из нас нашлось по удобной ветке, и у нас были мы.
По вечерам и в дождливые дни мы сидели на веранде, и горланили песни Цоя.
Мне тогда казалось, что не зная ни слов, ни музыки, я могу подпевать любую
песню. Впрочем, мелодии я очень быстро выучила, а слова можно было
смотреть из лесиной тетрадки (она-то все равно знала наизусть). Забавно,
как тихие скромные девочки, которые никогда не причиняли хлопот мамам,
распевают "Но если есть в кармане пачка сигарет..."
Пытаюсь вспомнить, о чем мы тогда говорили. Например, что такое
настоящая любовь. Больше ни с кем я не решалась тогда говорить на
эту тему. Я рассказывала отрывки из своих ненаписанных романов... как
непривычно это звучало вслух!
Конечно же, мы как нормальные дети грели под подушкой зубную пасту и
ходили ночью мазать мальчишек в соседний домик. А еще ночью же притащили
букет полевых цветов с луга к домику начальника лагеря -- за то, что нам
удалось уговорить его этот самый луг не косить...

Смена кончилась и мы разъехались. Но до конца лета часто писали друг другу
длинные письма.
Кончились каникулы и мы вернулись в город. Жить в одном городе и
переписываться -- как-то бессмысленно. Но жить в разных концах этого
города и общаться вживую -- затруднительно. Общение по телефону между нами
как-то не прижилось. А интернета тогда еще не было...
Кажется, мы еще пару раз встречались и гуляли по городу. Зашли в Лавру, и
там я под лесиным руководством купила себе нательную иконку. И почти год
ее носила, пока она куда-то не затерялась, вместе как и зачатками моей
веры. К Цою я тоже постепенно охладела...

А этим летом нас с мужем занесло в институтский спортлагерь -- лес,
деревянные домики -- и вокруг нашей гитары довольно быстро образовалась
компания студентов. Современных студентов, это уже немножко другое
поколение. К нему приставали с просьбами спеть "что-нибудь, что все
знают". Он пытался найти в своем репертуаре что-то, что могло бы подойти
под это определение: "Что-нибудь из Ивасей?" -- никакой реакции, "Арии,
романсы?" -- вялое "Ну, можно..." -- "Что-нибудь из кино?" (имея в виду
песни из кинофильмов), и тут народ оживлялся: "О, 'Кино'! 'Кино' -- это
хорошо! Давайте что-нибудь Цоя споем!" -- "Ой, нет, это 'Кино' я не
знаю"... Но в конце концов он сдался: "Ладно, слов я не знаю, а сыграть
могу, если вы споете". И нестройный, но дружный хор затянул: "Но если есть
в кармане пачка сигарет, значит все не так уж плохо на сегодняшний
день..."
И время на мгновение как-будто закольцевалось, и я оказалась в том
лагере, на той веранде, в той компании, и с теми же песнями.

Я ничего не знаю о Лесе, где она сейчас, кто она, что делает. Я пыталась
найти ее через Google, но -- слишком распространенное на Украине имя,
слишком распрастраненная фамилия, слишком много времени прошло, чтобы на
мелкой электронной фотографии узнать, она или нет...
LinkReply